Бигтеховский пат: почему мир застрял в технологическом плато и чем это грозит

Запредельные ожидания и унылая реальность

Мы живем в эпоху, когда публичные футурологи обещают нам сингулярность, колонии на Марсе и бессмертие, а наши повседневные технологические впечатления упираются в очередное обновление смартфона с улучшенной камерой. Разрыв между ажиотажными заголовками и реальными достижениями становится все шире. Мир столкнулся с глобальным технологическим плато — состоянием, когда легко дающиеся инкрементальные улучшения (немного быстрее, немного четче) заслонили собой прорывные, меняющие парадигму открытия. Это не просто замедление — это системный кризис модели инноваций, сложившейся в конце XX века.

Симптомы большого застоя

1. Закон Мура как культурная травма. Физическое ограничение миниатюризации транзисторов ударило не только по чипам, но и по коллективному сознанию. Два десятилетия общество привыкло, что технологии автоматически становятся вдвое лучше каждые два года. Это сформировало ожидание экспоненциального роста всего. Сейчас этот «автопилот прогресса» отключен. Мы больше не можем просто ждать — нужно придумывать новые принципы, а не улучшать старые.

2. Доминация софта и эрозия «железа».

   Венчурный капитал бежит из капиталоемких отраслей (тяжелая промышленность, энергетика, новые материалы) в цифровые схемы с быстрой монетизацией: приложения, SaaS, финтех. Легче создать очередной микросервис для доставки еды, чем разработать новый аккумулятор или двигатель.

   Результат: наша цифровая надстройка становится все изощреннее, но покоится она на физическом фундаменте (энергетика, транспортировка, материалы), который почти не менялся с 1970-х. Мы учим ИИ писать стихи, но до сих пор сжигаем углеводороды для получения электричества и летаем на керосине.

3. Кризис фундаментальной науки. Прорывные технологии XX века (ядерная энергия, транзистор, интернет, GPS) были побочными продуктами больших государственных или военных проектов с длинным горизонтом планирования и терпимостью к риску. Современная модель инноваций, завязанная на квартальные отчеты и быструю окупаемость, убила долгосрочные исследования. Ни один акционер не будет 30 лет ждать окупаемости, даже если на кону — новый принцип генерации энергии.

Анатомия плато: почему мы здесь застряли

• Риск-аверсия экосистемы. Инновационная экосистема стала самовоспроизводящейся и консервативной. Стартапы копируют успешные модели, инвесторы ищут проверенные паттерны, большие корпорации скупают потенциальных конкурентов. Система оптимизирована для минимизации провалов, а не для максимизации прорывов. Гениальный неудачник с безумной идеей не получит финансирование.

• Парадокс изобизия данных. Казалось бы, Big Data и ИИ должны ускорять открытия. На деле происходит обратное: исследователи тонут в информации. Легче обучить нейросеть на всех известных данных, чем предложить радикально новую теорию, которая эти данные ставит под сомнение. Мы совершенствуем предсказания в рамках старой парадигмы, вместо того чтобы менять саму парадигму.

• Регуляторный капкан. Общество, напуганное потенциальными рисками (ГМО, ядерная энергия, редактирование генома), создало гипертрофированную регуляторную среду. Получение разрешений на эксперименты или внедрение занимает годы и стоит миллиарды. Это делает прорывы в биотехе, энергетике и медицине экономически невыгодными.

Последствия: мир, который не может решить свои проблемы

Технологическое плато — не абстрактная проблема. Оно блокирует решение ключевых цивилизационных вызовов.

1. Климатический кризис. У нас нет «волшебной пули». Ветряки, солнечные панели и электромобили — это улучшенные версии старых технологий. Для реального перелома нужен прорыв в базовой энергетике (термояд, новые принципы аккумулирования), который находится в тупике.

2. Экономическая стагнация. Рост производительности, который обеспечивали ИТ в 1990-2000-х, иссякает. Новые цифровые сервисы не дают такого же эффекта. Экономика уперлась в потолок без нового технологического уклада.

3. Геополитическая напряженность. В условиях, когда трудно создать новое общее благо (прорывную технологию, от которой выиграют все), геополитика сводится к битве за перераспределение ограниченных ресурсов (полупроводники, редкоземельные металлы, вода). Нулевая сумма вместо растущего пирога.

 Возможные выходы: куда двигаться?

Плато — это не конец прогресса. Это сигнал, что старая карта закончилась и нужна новая.

1. Возвращение Большого государства. Только государства с их суверенитетом, долгосрочностью и способностью брать на себя некоммерческие риски могут реанимировать прорывную науку. Нужны новые «Манхэттенские проекты» и «Аполлоны» в сфере энергии, медицины, материаловедения. Китай с его госпланированием в науке это уже понял.

2. Новая этика риска. Обществу нужно пересмотреть отношение к технологическому риску. Совершенная безопасность — враг прорыва. Требуется новый общественный договор, допускающий контролируемые эксперименты с высокой отдачей (например, в редактировании генома или геоинженерии).

3. Бунт против паттернов. Нужно создавать экосистемы, которые поощряют эпистемологическое непослушание — идеи, ломающие общепринятые frameworks. Это могут быть частные исследовательские институты с бессрочным финансированием, конкурсы безумных гипотез, целенаправленный поиск «неудачников» с гениальным бэкграундом.

Выбор между комфортным закатом и трудным прыжком

Технологическое плато — это удобно. Оно позволяет нам оттачивать уже известное, жить в предсказуемом мире и получать стабильную, хотя и небольшую, прибыль. Но эта стабильность — иллюзия на краю пропасти растущих проблем, которые нельзя решить инкрементально.

Мы стоим перед выбором:

• Смириться с плато и постепенно адаптироваться к миру медленной деградации, где все острые проблемы (климат, ресурсы, старение) остаются нерешенными.

• Совершить болезненный институциональный и ментальный прыжок, вернув в центр прогресса амбициозную цель, долгосрочный горизонт и готовность к риску.

Прогресс перестал быть автоматическим. Отныне он будет результатом осознанного волевого выбора общества. Или его отсутствия.