Последние три десятилетия, условно названные экономистами «Великим успокоением» (Great Moderation), характеризовались низкой инфляцией, стабильным ростом и глубокой глобализацией. Сегодня эта эпоха окончательно ушла в прошлое. Ее сменила эпоха перманентной турбулентности, где привычные экономические модели и прогнозы теряют силу. Пандемия, геополитический раскол, климатические катаклизмы и технологический скачок переплелись, создав системный кризис с множеством неизвестных. Адаптация к этой новой реальности, а не возврат к старой, стала главным вызовом для правительств, центральных банков и бизнеса.
freepik.com
Четыре столпа новой нестабильности
-
Геополитика как экономический драйвер. Схема «глобальная эффективность — национальная безопасность» сменилась приоритетом последней. Процессы дерискинга (снижения рисков) и «дружеского аутсорсинга» (переориентации цепочек поставок на союзные страны) ведут к фрагментации мировой экономики на взаимосвязанные, но конкурирующие блоки. Это не полноценная деглобализация, а реглобализация — перегруппировка потоков товаров, капитала и данных по политическому, а не экономическому принципу. Результат: рост издержек, дублирование мощностей и устойчивая инфляционная нагрузка.
-
Монетарная головоломка. Центральные банки оказались в ловушке между необходимостью бороться с инфляцией и риском обрушить экономику резким повышением ставок. Инфляция стала многоликой: она вызвана не только «перегревом» спроса, но и сбоями в цепочках поставок (шок предложения), геополитическим ростом цен на энергоносители и структурными изменениями на рынке труда (демография, переоценка труда). Единого лекарства для такой инфляции не существует, что делает политику ЦБ менее эффективной и более рискованной.
-
Двойной энергетический переход. Мир пытается решить две взаимоисключающие на краткосрочном горизонте задачи: обеспечить доступную энергию сейчас (особенно после разрыва связей с Россией) и кардинально декарбонизировать экономику в будущем. Этот переход создает волатильность на рынках, требует колоссальных инвестиций (триллионы долларов ежегодно) и провоцирует новую геополитическую конкуренцию за критическое сырье (литий, кобальт, редкоземельные металлы).
-
Искусственный интеллект: созидательный разрушитель. Внедрение ИИ, особенно генеративного, несет в себе парадокс. С одной стороны, это мощный драйвер роста производительности, способный дать ответ на стагнацию в развитых экономиках. С другой — он угрожает масштабным перекосом на рынке труда, где под ударом окажутся не только рутинные, но и частично креативные профессии. Это создает риски социального неравенства и требует беспрецедентных мер по переобучению рабочей силы.
Прогнозы и сценарии развития
-
Базовый сценарий («Неровное плато»): Мировая экономика избежит глубокой рецессии, но войдет в период вялого, неустойчивого роста («soft stagnation»). Высокие ставки сохранятся дольше, чем ожидалось. Реглобализация продолжится, создавая новые инвестиционные хабы в Юго-Восточной Азии, Латинской Америке и дружественных США/EU странах.
-
Негативный сценарий («Штормовое предупреждение»): Новая крупная геополитическая вспышка (например, вокруг Тайваня) или цепочка климатических катастроф вызовут шок, с которым фрагментированная мировая система не сможет справиться. Это приведет к глобальной рецессии, резкому скачку цен на энергоносители и продовольствие и усилению протекционизма.
-
Позитивный сценарий («Управляемая адаптация»): Технологический прорыв в green tech и атомной энергетике ускорит энергопереход, снизив зависимость от ископаемых ресурсов. ИИ начнет давать быстрый прирост производительности, помогая решить инфляционные проблемы. Ключевые игроки сумеют договориться о новых, хотя и ограниченных, правилах экономического взаимодействия.
Навык будущего — антихрупкость
Главный вывод для всех участников экономического процесса — от государств до компаний и домохозяйств — необходимость развивать антихрупкость. Это не просто устойчивость (способность выдерживать удары), а способность становиться сильнее от переменчивости и хаоса.
-
Для бизнеса это означает дублирование цепочек поставок, инвестиции в data-аналитику для прогнозирования рисков и гибкие бизнес-модели.
-
Для государств — инвестиции в инфраструктуру устойчивости (логистику, энергосети, киберзащиту), создание систем переобучения кадров и выстраивание «коалиций устойчивости» с надежными партнерами.
-
Для инвесторов классическая диверсификация уступает место стратегии «геополитического хеджирования» — распределению активов с учетом не только финансовых рисков, но и политических блоков.
Эпоха турбулентности — это время повышенных рисков, но и беспрецедентных возможностей для тех, кто сможет отказаться от вчерашних карт и научится ориентироваться в постоянно меняющемся ландшафте. Новая нормальность — это отсутствие нормальности как таковой.
